Жизненное кредо Ахеда Агаева

06.08.2009 , 11:02

 Версия для печати

Жизненное кредо Ахеда Гаджимурадовича Агаева - воина, ученого, педагога, писателя, литературоведа, публициста, общественно-политического деятеля характеризуют смелость и новаторство в суждениях, творчестве, мужественное поведение. В этом году исполняется 85 лет со дня его рождения.

К плеяде крупнейших ученых-обществоведов Дагестана, России по праву принадлежит доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФСР и ДАССР Ахед Гаджимурадович Агаев (1924-2003 гг.), внесший значительный вклад в философию, литературоведение, художественную литературу.

Он родился в селении Ахты, в семье известного селекционера-садовода Гаджимурада Клинжева. Ахеду едва исполнилось семнадцать, когда началась Великая Отечественная война. Получив аттестат зрелости, он ушел добровольцем на фронт и до конца войны служил в авиации. Окончив  военную авиашколу пилотов, а затем военное авиаучилище летчиков-истребителей, он вплоть до весны 1948 года занимался освоением новой техники и методов пилотирования. За мужество и героизм, проявленные в годы войны, он награжден многими боевыми орденами и медалями.

Демобилизовавшись, стал работать секретарем Ахтынского РК ВЛКСМ.  В эти годы молодой Ахед пишет статьи и очерки для районной и республиканской газет; в 1959 году оканчивает факультет журналистики Высшей партийной школы в Москве.

Вскоре А. Агаев начинает пробовать свои силы и в художественной прозе. Его первая повесть «Надежда», посвященная любви русской учительницы и лезгина, преодолевшей многие препятствия, и сейчас изучается в курсе родной литературы лезгинских школ.

В целом можно считать Ахеда Агаева зачинателем лезгинской художественной прозы. В 1950-х годах публикуются его повести «Половодье» и «Люди и судьбы», а в 1961 году массовым тиражом выходит роман «Лезгины» - первый роман на лезгинском языке. Одновременно Агаев начинает выступать в печати и как литературный критик.

А.Агаев является автором монографии о творчестве Сулеймана Стальского, изданной на лезгинском и русском языках, книг и статьей о Етиме Эмине, Алибеке Фатахове, Тагире Хрюгском, Махмуде из Кахаб-Росо, Батырае, Гамзате Цадаса, Расуле Гамзатове, а также о русских поэтах и писателях - М.  Лермонтове, В. Маяковском, М. Горьком.

В 1963 году в Азербайджанском госуниверситете он блестяще защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата филологических наук.У А. Агаева научная активность плодотворно совмещалась с общественно-политической, педагогической, литературоведческой, публицистической деятельностью. Заведуя кафедрой дагестанских литератур Дагестанского государственного университета, он занялся изучением фундаментальных проблем развития малых народов и опубликовал в 1965 году монографию «К вопросу о теории народности», которая   привлекла   внимание   научной   общественности СССР и получила высокую оценку выдающихся философов.

Логическим завершением исследования теории народности явилась диссертация А. Агаева на соискание ученой степени доктора философских наук, успешно защищенная в 1966 году в Ереванском государственном университете. О большом интересе к теме диссертации говорит тот факт, что на автореферат было получено более 30 отзывов из Москвы, Ленинграда,  Фрунзе, Баку, Могилева, Липецка, Киева, Ростова. На защите выступили четыре официальных и десять неофициальных оппонентов. В жарких дискуссиях незаметно пролетело девять с половиной часов, и лишь к полуночи совет по историческим и философским наукам завершил свою работу.

Поднимавшиеся в диссертации А. Агаева вопросы касались злободневных теоретических и практических проблем развития малых народов. При этом диссертант показал пример творческого анализа, преподав ученым урок научной новизны и добросовестности. Между тем группа филологов, присутствовавших в зале, организовала настоящую обструкцию диссертации. Выхватывая из печатных работ А. Агаева языковой вопрос, они приписывали ему приверженность к национальному нигилизму по отношению к родным языкам нерусских национальностей. Между тем продолжительная дискуссия на заседании совета и достойное настоящего ученого поведение А. Агаева подтвердили, что годы труда и научные поиски должны были увенчаться ожидаемым результатом.

Блестящий ученый, он создал целое научное направление социально-философских исследований по этой актуальнейшей для современного общества проблематике. Одиннадцать аспирантов Ахеда Гаджимурадовича в разные годы защитили диссертации и успешно продолжают свою научную и педагогическую деятельность.В последующие годы из-под его пера вышло большое количество монографий, книг, статей, в которых отстаиваются четко сформулированные, выношенные, отнюдь не заимствованные у других, принципы.

Талант писателя, ученого и организатора проявился у Ахеда Агаева и тогда, когда готовилось издание северокавказской зональной серии книг по проблемам дружбы народов. В 1972-1980 годах он являлся председателем редколлегии этой серии из 15 прекрасных книг.Объем опубликованных им работ составляет около 300 печатных листов, а их общий тираж - около 15 миллионов экземпляров. Монографии и статьи Агаева издавались за рубежом: в ГДР и Польше, Болгарии и Чехословакии, Венгрии и Румынии.

Ахед Гаджимурадович Агаев был награжден многочисленными боевыми и трудовыми орденами, медалями, имел несчетное количество почетных грамот и благодарностей.Круг интересов профессора Агаева очень широк. Много лет он посвятил изучению этнических общностей людей, философских оснований их дифференциации. Он внес многое в понимание основополагающих категорий «народность», «нация», «этническая группа». Весьма существенны не только для теории, но и для социально-политической деятельности, его исследования по проблемам межнациональных отношений.

В течение многих лет интенсивная творческая работа совмещалась у Ахеда Гаджимурадовича с не менее напряженной работой сначала в комсомольских и партийных органах, а затем - в Дагестанском государственном университете, где он трудился более тридцати лет (из них  свыше 26 лет - руководил кафедрой философии). Человек разносторонних способностей и талантов, А.Г. Агаев известен своими глубокими и интересными исследованиями в различных областях науки.

Особое место в их ряду занимают книги о двух выдающихся общественно-политических деятелях Дагестана – Магомеде Ярагском и Нажмудине Самурском (Эфендиеве).Эти книги - новое слово и в творчестве самого автора, и в научной литературе вообще. Впервые на дагестанском материале были удачно воссозданы политические портреты, яркие, динамичные, сложные, но достаточно цельные, живые образы. У обеих книг - огромная источниковедческая база. Достаточно сказать, что в монографии «Философия совести» (Махачкала, 1995 г.) о Магомеде Ярагском были использованы свыше 300 отечественных и зарубежных источников.

Данное исследование, по утверждению самого автора, «имело целью создать целостный портрет человека, которому суждено было стать духовным предводителем освободительной борьбы горцев Лезгистана, Ширвана и Дагестана в XIX веке». М.Ярагский предстает в качестве крупнейшей исторической личности, философа и мыслителя – первого горского демократа, поборника веры, свободы и нравственности, духовного предводителя народно-освободительного и демократического движения горских народов Кавказа в XIX в. Его освободительная идеология включает право мусульман на свою веру, на свободное самоопределение, улучшение  экономических условий жизни, свободу человека и равенство между людьми, а также идеи патриотизма и национальной независимости.

А.Агаев занимался изучением жизни и деятельности Нажмудина Самурского с середины 1970-х годов. Так, в 1975 г., в книге, посвященной народному поэту Дагестана Сулейману Стальскому, он приводил несколько документов и материалов,  свидетельствующих об отношении Н. Самурского к деятелям культуры, его вкладе в развитие культуры дагестанских народов. Позже родилось масштабное исследование «Нажмутдин Самурский» (Махачкала, 1990), о котором, по словам ученого, существовало множество самых противоречивых суждений.    В книге прослеживается весь жизненный путь «горца из аула Куруш», как любил представляться Н.Самурский, раскрывается процесс возмужания героя, его первые шаги в революцию; показан вклад Самурского в оборону Астрахани, его работу в XI Красной Армии. Отдельная глава посвящена роли Самурского в подавлении мятежа в горах Дагестана в 1920-1921 гг., за что он первым среди дагестанцев был награжден двумя орденами боевого Красного Знамени. На основе  богатого фактического материала прослеживается роль Н. Самурского как первого главы Дагестанского государства и позже - как первого секретаря обкома партии.

А.Агаев показывает, что самобытность Н. Самурского заключалась, прежде всего, в том, что он по-своему понимал пути перехода Дагестана к социализму, у него был свой взгляд на коллективизацию. Очень часто он не соглашался с решениями не только местных, но и центральных органов, умел возражать, настаивать на своем и тем самым вызывать огонь на себя.

В своем отзыве на книгу профессор Магомед Бутаев отметил, что книга о Самурском «написана  в проблемно-постановочном, остро полемическом ключе. Автор показывает своего героя большей частью в острых ситуациях, где сталкиваются характеры, представления о путях решения задач социального и национального возрождения народов Дагестана».

В книге большое место отведено раскрытию исторических, социально-политических взглядов Н. Самурского - первого профессионального историка Дагестана, в далеком 1933 году защитившего кандидатскую диссертацию по истории национально-освободительного движения в Турции. А. Агаеву удалось воссоздать реальную, полную героики и трагедии историю Дагестана 1920-1930-х годов через судьбу одного человека – выдающего общественно-политического, государственного деятеля, ученого и публициста. Анализируя жизнедеятельность Н. Самурского, А. Агаев обснованно отмечает, что «социально-экономические, политические и культурные инициативы Н. Самурского в годы его работы в Дагестанском Центральном Исполнительном Комитете (1921-1928) можно назвать и «реформами Самурского». Они имеют продолжение и в последующие годы, когда он исполнял должность первого секретаря обкома ВКП (б)».

В целом А.Агаеву удалось опровергнуть множество тенденциозных и безосновательных оценок жизнедеятельности и научного творчества Нажмутдина Самурского.Заслуживает внимания и литературная деятельность Ахеда Агаева, который в 1961 опубликовал роман «Лезгияр» («Лезгины»), а в 1989 году -  роман «Пад хьайи рагъ» («Расколотое солнце»), где образ солнца является центральным в остросюжетном и столь же остросовременном   произведении. Ведущая идея романа - борьба добра и зла, показанная как в аллегорическом, так и в реальном, жизненном плане.

А. Агаев - признанный в России крупный авторитет в области философии, особенно значимы его труды по теории и истории национального вопроса, философским проблемам национального развития народов СССР, России, Дагестана. Все его работы, общественная и научная деятельность направлены на  сплочение народов в единую семью, укрепление дружбы между ними. Как справедливо отмечает доктор философских наук, профессор Мустафа Билалов,  для Ахеда Гаджимурадовича Агаева «основным объектом изучения явились народность и нация, структурирование их на несколько предметов (культура, литература, самосознание и т. п.) и последовательное их исследование на различных уровнях (обыденно-популярном, эмпирически-социологическом, теоретически-философском)».

Выход в свет монографии А.Г. Агаева «К вопросу о теории народности» (Махачкала, 1965) был встречен советскими учеными с большим интересом. 12 февраля, а затем 13 мая 1965 года в Академии наук СССР состоялось творческое обсуждение вопросов, поднятых автором книги.Исследование А.Г. Агаева - первая последовательная, всесторонняя работа по проблеме народности. Основное внимание автора уделено  выяснению сущности народности как этнической общности и ее места в истории. Он анализирует факторы, обуславливающие возникновение и развитие родоплеменной общности, народности, нации, определяет специфику этих явлений и качественные отличия народности от нации. Применяя к исследуемому вопросу конкретно-исторический метод, А.Г.Агаев рассматривает проблему народности в различных общественно-экономических формациях.
Он, в частности, пишет, что «из всех признаков народности... первостепенное значение имеет этническое самосознание. Народность обойдется более или менее долгое время без общности территориально-экономических связей, или без единой земли, или без единого языка, но не может сохраниться как целостный организм без общего этнического самосознания».

Заслугой автора является четкое выделение направлений этнических процессов у народностей СССР: 1) продолжающаяся внутренняя консолидация народностей, растворение этнографических групп; 2) перерастание наиболее крупных народностей в нации; 3) образование новых наций из групп народностей, близких по историко-культурным особенностям; 4) слияние малых народностей с большими народностями и нациями.

Среди исследований, которые привлекают внимание читателей новизной постановки вопроса и глубиной его раскрытия, важное место  занимает книга «Социалистическая национальная культура», выпущенная в 1974 году. По существу, это первое специальное монографическое исследование социалистической национальной культуры как относительно самостоятельного социального явления. В нем сформулировано несколько отличное от существующих точек зрения мнение о сущности культуры. Так, культура обычно определяется как совокупность материальных и духовных ценностей, созданных и используемых обществом в ходе исторического процесса. По мнению А.Г.Агаева, такие сферы, как экономика, политика, культура, проникают друг в друга. Культура есть процесс созидательной трудовой деятельности человека, средство реализации этого процесса и его результат. В структуру культуры, по мнению автора, можно включить не только материальные и духовные ценности, но и созданные обществом социальные институты (государство, партии, общественные организации).

В этой книге, пожалуй, впервые в научной литературе рассматривался вопрос об «общности» национальной культуры на протяжении всей истории человечества: о том, как она проявляется у родо-племенных коллективов, у народностей и наций. Особое место у А.Г. Агаева занимает проблема соотношения общечеловеческого, интернационального и национального в культуре. Автор считал все элементы материальной и духовной культуры конкретными формами проявления творческой трудовой деятельности человека. Философия, хореография, орудия труда, математические знания, приемы обработки металлов и другие конкретные формы культуры (по своему содержанию и внутренней структуре) общечеловечны, интернациональны. В этой связи, резюмировал ученый, можно говорить не только о национальной, но и об интернациональной форме культуры.

В издательстве Дагестанского государственного университета в 1992 году вышла его книга «Нациология. Философия национальной экзистенции» (экзистенция от лат. - существую, существование), в которой впервые в научный обиход вводится понятие «нациология». Она изучает в историческом аспекте основные тенденции развития межнациональных отношений в масштабе человечества, в свете повышения национального фактора в XX веке.Проблема, которая легла в основу исследования А.Г. Агаева, весьма актуальна в плане прогнозирования развития межнациональных отношений и учета этнопсихологических особенностей национальных интересов. Ученого интересуют внутренняя логика развития межнациональных отношений, противоречивые процессы в социально-экономической, политической и духовной жизни многих народов, всесторонне рассматриваются миграционные и демографические процессы, механизмы урегулирования межнациональных конфликтов и кризисов.

«Практика настоятельно требует, - говорится в монографии, - введения понятий «национальная жизнь», «национальная деятельность», «национальное бытие», «национальное движение», «национальное время», «национальное пространство». Эти проблемы автор поднимает впервые, они не упоминались в нациологических работах. Об этом свидетельствует тот факт, что во второй половине 80-х исследование наций и их отношений вступило в фазу догматического повторения общеизвестного. Ни в одной из более 870 книг и статей, изданных в эти годы в Москве, Ленинграде, Киеве, Ташкенте, Алма-Ате и в других научных центрах страны, фактически не приращивались знания в этой области.

Как показывает жизнь, без глубокой разработки вышеуказанных проблем невозможно объяснить происхождение национального сознания и самосознания и всей противоречивой реальности национальной психологии, национального характера и психического склада нации, народности, других субъектов национальных отношений. Нациологию интересуют не этнографические объекты, а национальные; не этническая психология, традиционная культура, народное искусство, обряды и обычаи, циркулирующие в гуще народной жизни, инертные к социальным проблемам, а большей частью сознательная национальная деятельность в экономике, социальной сфере, политике, дипломатии, профессиональной культуре; инновационные цивилизаторские, промышленные, индустриальные формы хозяйства, быта; национальный язык в сфере государственной жизни, словом, все то новое, общее и специфическое, которое вторгается в жизнь национальностей в процессе промышленных, научных, научно-технических и информационных революций, интернационализации материальной и духовной культур, вступления цивилизации в век глобальной взаимозависимости, сотрудничества и соперничества народов и государств.

Как подчеркивает автор, нациология должна быть научной теорией о человечестве, развивающемся в сложном взаимодействии народов, теорией, долженствующей стать инструментом достижения мира, мирного сосуществования народов, более того - их взаимовыгодного, равноправного сотрудничества. Принципиально новый подход автора к осмыслению выдвинутых проблем состоит в том, что он рассматривает национальный фактор мировой истории в триединстве национального человека, национального народа и многонационального человечества. Реальные субъекты исторических процессов - народы, которые представляют собой «исторически образовавшиеся (выделившиеся) части человечества, характеризующиеся территориальным обособлением, национальным самоопределением и самобытным развитием».

В монографии всесторонне освещаются такие проблемы, как «формирование национального народа», «национальное  бытие»,  «национальная  жизнь»,  «национальное движение», «национальная деятельность», красной нитью проходит мысль, что мир и мирные отношения, добрососедство и сотрудничество освобождают народы от национальной ограниченности и заскорузлости, эмансипируют национального человека. В целом исследование А.Г. Агаева явилось весомым вкладом в разработку нового перспективного направления социальной философии, совершенствование межнациональных отношений и имеет большое социально-политическое значение.

А.Агаеву принадлежит также монография «Философия и методология науки» (Махачкала, 1994), предназначенная, прежде всего, аспирантам, но нашедшая признание у широкого круга читателей. Большой резонанс в дагестанском обществе вызвала книга, написанная Ахедом Агаевым вместе с другим авторитетным представителем отечественной науки – профессором Расулом Магомедовым (Агаев А.Г., Магомедов P.M. - Дагестанское единство. История и современность. Махачкала, 1995). Эта книга – откровенный и аргументированный разговор с читателем о самой жгучей проблеме нашего времени - сохранении единства Дагестана, целостности его территории, взаимопонимания его народов. Эти идеи настолько дороги и сокровенны для авторов, что они справедливо называют свой разговор с читателем «исповедью» и призывают патриотов родного края сохранить его для потомков, как сохранили его для нас наши деды и прадеды.

В истории Дагестана было много распрей. «Воевали тухумы, сталкивались аулы за кусок земли, за пастбища, за родник или речушку, не прекращались межфеодальные усобицы, - пишут авторы книги, - но в то же время на национальном уровне не сталкивались целые народы, чтобы друг друга покорить, согнать с его территории, ставить в зависимое от себя угнетенное положение».Единство народов Дагестана основано, прежде всего, на их кровном родстве, ибо это народы единого этнического корня. Для доказательства этой идеи авторы приводят  убедительные материалы и факты из области истории, социологии, лингвистики, этнографии, культурологии и других научных дисциплин. По их мнению, благодаря многовековой совместной жизни сложился до конца еще не выясненный ни психологами, ни этнографами, ни философами общенациональный характер дагестанцев, образовался интегративный психологический портрет дагестанца.

На основе многоэтничности в Дагестане складывалась своеобразная  культура межнационального общения. Об этом свидетельствуют маслиатские традиции, этикет гостеприимства, особые формы обращения к жителям соседних аулов, тяга дагестанцев к овладению языками других народов и т. д. Не случайно моральный кодекс народов Дагестана, т. е. намус, осуждает национальное противостояние, национальное чванство, неприязнь к другим народам. Проявления подобных негативных черт характера не наблюдаются также ни в одном жанре дагестанского фольклора.

В последние годы жизни Ахед Агаев являлся советником Председателя Народного Собрания РД. За разработку актуальных научных проблем в книге «Нациология. Философия национальной экзистенции» он был удостоен премии Фонда Сороса. Профессор Агаев воспитал немало учеников, дал дорогу многим молодым ученым. Среди них – и две его дочери: Наила Саркарова, кандидат философских наук, доцент кафедры философии  ДГУ, и Шамси Агаева - кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка для иностранных студентов Дагестанской медицинской академии.